Игорь Вишев: «В начале знаменательной эпохи»

Игорь Вишев, профессор Южно-Уральского государственного университета (Челябинск)

Нам посчастливилось жить в начале особо знаменательной эпохи, когда главная тема любого мировоззрения – проблема смерти человека как трагического финала его индивидуального бытия – и органично сопряженная с ней проблема личного бессмертия обретают реальные предпосылки своего решения.

Какими бы значимыми вопросами человек ни занимался, он непременно определяет свое отношение к проблеме смерти и бессмертия, поскольку от этого в решающей степени зависит его жизненная позиция, ценностные ориентации, направленность и цели деятельности, пессимистичность или оптимистичность мировосприятия. Многотысячелетняя история смертных породила самые различные взгляды и подходы к решению данного круга проблем, разнообразие которых сохраняется и сегодня.

Научно-философская мысль, всегда опираясь на современные ей достижения естественных и других наук, не могла не восстать против смерти. Правда, произошло это не сразу, а со временем, поскольку научное познание также развивается, а это означает, что оно далеко не всегда может дать ответы на те или иные вопросы в данный момент, ясно определить пути и средства решения той или иной проблемы, открывающуюся перспективу в той или иной области исследований. Так, например, еще в XIX веке Л. Бюхнер откровенно пессимистично утверждал со всей свойственной ему категоричностью, что не размышление, а только упрямство, не наука, а вера могут поддерживать идею личного бессмертия. По сути дела, ту же точку зрения разделял и Л. Фейербах, призывавший бороться лишь с преждевременной смертью, между тем как естественную смерть, которая является результатом законченного развития жизни, он не считал бедой, поскольку таковы вечные законы природы, обрекающие человека на смерть, и против них будто бы ничего поделать нельзя, с этим остается только примириться.

Марксистская философия поначалу также считала смерть неизбежной, однако наряду с этим она сумела разработать ряд принципиально значимых положений мировоззренческого и методологического характера (историчность законов природы, диалектика свободы и необходимости и т.п.), которые впоследствии оказалось возможным использовать для обоснования нетрадиционной постановки и решения проблемы реального личного бессмертия.

Существенный вклад в решение проблемы практического бессмертия человека и его реального воскрешения внесла русская философская мысль. В качестве основных вех предыстории современной концепции следует отметить философию общего дела Н.Ф. Федорова, новую идеологию анархистов-биокосмистов, взгляды А.М. Горького на эту проблему и по его инициативе создание в 1932 году Всесоюзного института экспериментальной медицины. Однако перипетии социально-политической борьбы в России и мире в первую треть минувшего столетия и позже не позволили осуществиться сколько-нибудь результативно этим дерзновенным идеям и начинаниям.

Новейший период конструктивной разработки проблемы практического бессмертия человека с акцентом на рассмотрение именно этого аспекта современной научно-оптимистической концепции относится к последней трети XX столетия. В числе ее разработчиков прежде всего следует упомянуть Л.В. Комарова, В.Ф. Купревича, П.А. Ребиндера, Г.Д. Бердышева, В.М. Дильмана, М.В. Соловьева и др. Они исходили главным образом из того соображения, что закономерный характер старения и смерти предполагает реальную возможность такого изменения генетической и иных программ жизнедеятельности организма, в результате которого можно будет устранить и старение, и смерть. С этой целью исследовались гомеостатические системы организма и их взаимодействие, осуществлялся поиск гена-смерти, гена-старения или чего-то в том же роде. Однако при общей поступательной тенденции исследований в этой области получить сколько-нибудь эффективный и конкретный результат так пока и не удалось.

Поистине эпохальный прорыв в данном направлении произошел только лишь в последние полтора десятилетия. Среди открытий и достижений научно-технического прогресса в этой области исследований необходимо в первую очередь, по моему убеждению, отметить реальную возможность клонирования человека. Этот метод открывает неведомые ранее пути и средства для укрепления здоровья человека, в частности, посредством получения ««запчастей» родных по плоти», сохранения его молодости, т.е. оптимальных параметров телесной и духовной жизнедеятельности, достижения в итоге реального личного бессмертия. Под ним понимается не абсолютное (например, в смысле бессмертия души, невозможное с точки зрения науки), а относительное бессмертие, именно в смысле практического бессмертия, – способности жить неограниченно долго, и реального воскрешения человека в случае его смерти от той или иной внешней причины.

Неудивительно, что эти новые возможности вызвали к себе далеко не однозначное отношение. В США, например, при президенте Дж. Буше клонирование человека было запрещено. Казалось бы, принципиально иных подходов, решений и результатов можно было ожидать от президента США Барака Обамы, но, похоже, никаких принципиальных, сколько-нибудь ощутимых перемен в этой области так и не произошло. К сожалению, такое положение сложилось и у нас, в России. 10 марта 2010 года Госдума РФ приняла закон о продлении моратория на клонирование человека. Может сложиться так, что «за бессмертием» нам придется ехать в другие страны.

Кроме открытия реальной возможности клонирования человека, были достигнуты и такие успехи, как расшифровка генома человека, регенерация стволовых клеток, в области крионинга, нанотехнологии, «компьютерного бессмертия», синбиологии и многом другом. И все это отнюдь не последнее слово науки. Настоящая концепция, или иммортология (лат. im – без; mors, mortis – смерть) – наука о бессмертии, несомненно, добьется победы над смертью и достигнет практического бессмертия человека. В решение данной задачи весомый вклад должен внести конгресс «Глобальное будущее 2045».

Источник: http://vz.ru/opinions/2012/6/3/581886.html